Герой романа Виктор вроде бы даже и не живёт. Он словно пишет газетный очерк о себе самом. Неверно сказать, что он лишний в бурлящей вокруг, словно на экране, жизни времён ранней перестройки — его услугами пользуются, он пишет «крестики», заботится о пингвине Мише и девочке Соне — но, если вглядеться, то его, Виктора, нет в этой жизни. Мы ничего не знаем о его родителях, и сам он об этом не вспоминает, нет друзей (кроме участкового Сергея, с которым их «свёл» пингвин), нет любимой женщины, вроде бы что-то было в прошлом, но автор помалкивает, следовательно, и ГГ об этом не думает. Очень реалистично переданный внутренний мир Виктора обнаруживает почти что пустыню. Это может быть как результатом каких-то давних трагических событий, так и свойством психики — закрыться от нагрянувшего в начале 90-х мира, уйти вглубь.
Виктор — это символ одиночества в его опустошённой форме. Одиночество без страданий на эту тему, без размышлений. «Ничейный» человек в ничейном государстве, листик, влекомый ветром. Он ничей, хотя рядом постоянно какие-то люди — от главного редактора до незаментно вошедшей и оставшейся Нины. Пингвин Миша — вот зеркальное отражение журналиста Виктора. Он тоже молчалив и одинок, он тоже созерцает, а не создаёт мир, он также зависим от того — принесут ему рыбу или нет, придётся весь день провести дома или же вдруг случится чудесное — поездка на зимний лёд и ныряние в проруби.
Два одиночества, застрявшие в чужом мире — они нужны друг другу, как никто из персонажей книги. Они — часть друг друга. Они амортизируют друг другу надёжно спрятанную боль. Журналист Миша и пингвин Виктор.
Это я — пингвин! — в заключительных словах героя гораздо больше смысла, чем кажется в первое мгновение. И чем больше времени проходит после прочтения романа — тем яснее это понимаешь.
