Первый раз прочитал три с половиной года назад, еще учась в университете, перечитал на днях. Пожалуй, наиболее яркий образец социальной фантастики и одна из лучших у Дяченко. Для меня лично – вторая после «Шрама».
О чем, собственно, эта книга? Думается мне, о том, что политические методы решения глобальных нравственных проблем тщетны. Политик мыслит общими категориями, и не видит за лесом деревьев.
Демократичное общество цикла, в котором родилась и выросла под угрозой всеобщей гибели погрузилось в анархический хаос, молодежные банды и тоталитарные секты стали самыми весомыми силами в обществе. И как результат – давка, бойня, гибель сотен людей, когда отрылись Ворота.
Примерному мальчику Рысюку пришла в голову идея – вымуштровать людей так, чтобы они в любое время могли бы организованно эвакуироваться. Рысюк – типичный пример инициативного, хитрого, но не умного человека, зубрилы и карьериста. Вырос он, стал журналистом – и твердо решил воплотить замысел. Вот только не все любят жить по линейке. Да и власть предержащие не спешили разделять судьбу подопечных. И вот результат – разучившиеся думать, запуганное и безвольное население и преждевременный «апокалипсис». Тысячи жертв вместо сотен, еще больший кошмар.
Многим показалось, что главная героиня, Лида, претендует на какую-то необычность и неординарность. Ничуть. Сила этого образа – именно в типичности. Она совершенно обычный человек в совершенно безумном мире. Боится и впадает в депрессию в преддверии первого «апокалипсиса», влюбляется в харизматичного и честного депутата Зарудного. И так же, как в душе каждого, в ее душе поднимается стихийный протест против бесчеловечной муштры. Как большинство людей, протестует против всего и вся, пока молода, и думает только о себе, как только у нее появляется то, что она может потерять – родной сын. Она самый обычный обыватель, не лучший и не худший человек в своем мире. Герои есть другие – депутат Зарудный, Максимов, инженер Костя, сын Лиды Андрей; антигерой — Рысюк. А Лида – дитя своего мира.
Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Главная мысль романа – хочешь изменить мир – начни с себя. Все, кто хотел спасти человечество от кошмарных плановых катастроф, так или иначе, в первую очередь, спасали себя. Никто так и не отменил специальное время для эвакуации VIP-персон, сокращали список, уменьшали время, ужесточали отбор – но в первую очередь уходили через Ворота сами. А нужно-то было, всего лишь – отказаться от жажды спастись, попытаться помочь другим – не детям, не родственникам, но просто людям, попавшим с тобой в беду. И одного праведника оказалось достаточно, чтобы прекратить кошмар.
Не вини общество в своих бедах – общество состоит в том числе и из тебя – вот урок этой книги. Не политики и социальные программы, а люди делают жизнь такой, какой она есть. Политические игры – серьезный размах, но любое широкое обобщение кого-то не берет в расчет, исключает из основной модели, списывает в расход. Каждому дана его собственная жизнь и в его власти не совершать конкретного, личного зла, однозначного и бытового, из которого складывается зло глобальное и абстрактное. А политические меры направлены именно против последнего – несуществующей философской абстракции. И тут либо всех казнить, либо всех миловать – и как люди могут осуждать конструкторов Ворот, которые руководствовались все теми же принципами глобального решения вопросов?
Нет «человечества», но есть люди, и каждый в ответе за свои поступки. А если нет – тогда нет смысла осуждать организаторов «апокалипсиса», устраивавших грандиозную прополку, обращаясь с людьми, как с травой.
В романе мне лично не понравилась одна мелочь. Регулярно повторяющиеся катастрофы называются словом «апокалипсис». По сути, это безобидное греческое слово, означающее «откровение» уже давно превратилось в поп-культуре в синоним «конца света», но тем не менее употребление его в таком значении на страницах серьезного произведения коробит.
Итог: по моему мнению – вторая после «Шрама» у Дяченко книга. Эту планку им преодолеть пока не удалось (хотя «Vita Nostra» претендует). Одна из лучших вещей в отечественной социальной фантастике.
