Илиада

Илиада

Поэзия
Всем известная история греко-троянской войны, начатой во имя любви, история героического Ахиллеса, хитроумного Одиссея; здесь слабым местом оказывается пята, а боги, становясь покровителями, ведут борьбу и между собой.
Эта книга входит в цикл: Эпический цик
Озвучки
Илиада
Год издания: 2008 г.
Длительность: 22 часа 12 минут
Издатель: Студия АРДИС
Подробнее
Илиада
Год издания: 2005 г.
Длительность: 22 часа
Подробнее
ЭТА КНИГА ВХОДИТ В ЦИКЛ: Эпический цик
Рецензии
Гнев, о, богиня, воспой, Ахиллеса, Пелеева сына!
Так начинается "Илиада". Что и говорить, после просмотра фильма "Троя" с Бредом Питтом в роли Ахиллеса все герои ассоциируются с персонажами в фильме, и, особенно, сам Ахиллес.
Я слушал аудиокнигу, и читать текст, подозреваю, было бы намного сложнее. Приятно слушать хорошо поставленный голос, читающий "Илиаду" нараспев и выговаривающий такие непривычные слова как "сребролукий", "велеречивый" и прочие, трудно запоминаемые, но красивые, на одном дыхании. В целом слушать очень приятно, хотя, чтобы понять все обороты речи, надо быть внимательным.
Первое впечатление: что люди, что боги-олимпийцы, руководствуются в своих поступках во многом эмоциями. Причем с людьми это понятно, все - великие воины и цари своих народов, честь и слава превыше всего, особенно в то время частых войн. Но вот боги-олимпийцы, - создается впечатление, что они исключительно либо мстят друг другу, либо людям, либо мстят одним народам по наущению других и так далее. И вдруг ни с того, ни с сего прощают прошлые обиды и начинают помогать тем, кто вознес "жертву стоглавую, тельцов гекатомбу".
Весьма вероятно, что Троянская война началась не столько из-за похищения Елены Парисом. Но очень похоже, что похищение явилось хорошим поводом к началу войны. Иначе спор Париса и Менелая мог бы быть решен очень просто - поединком один на один. Однако события "Илиады" описывают уже девятый год осады Трои.
Кстати, поединок Париса и Менелая все же состоялся - перед началом общего сражения. Поединок мог решить исход войны, и после того, как побежденного Париса похитила Афродита, Менелай мог вправе считать себя победителем, т.к. Парис не собирался повторно бросать ему вызов. Но кто-то из бессмертных богов подговорил лучника Пандора выстрелить в Менелая. И так началась кровавая сеча...
Что странно - если до этого эпизода все вмешательства богов вполне могли быть списаны на случайности, совпадения, или, как я иногда делаю, когда обнаруживаю в фильмах какие-то глупые нестыковки - я представляю, что это могло бы произойти, но просто по другим причинам, короче говоря, вмешательство богов не влияло так уж сильно на ход действий и могло быть сочтено просто литературным приемом, то действия богов, приведшие к началу боя, уже никак не могут быть отброшены, как незначимые.
Похищение Париса Афродитой с поля боя и стрела Пандора - может ли это считаться литературным приемом? Думаю да, иначе первоисточник, который несомненно присутствовал на месте действия, должен был быть сильно контужен в голову, чтобы наблюдать бессмертных богов на поле боя. Вероятно, участие богов в делах людей означает тут вмешательство высших сил, над которыми человек не властен, судьбы, рока. Или действительно древние народы верили, что миром правят бессмертные боги?..
По большому счету, не люди, а боги определяли ход войны. Без помощи богов трудно сказать, кому мы досталась победа. Но когда в сражении появлялся перевес в чью-либо сторону, почти всегда это было потому, что кто-то из богов так или иначе помогал побеждающей стороне.
Это меня и удивило в "Илиаде" больше всего. Боги вмешиваются в дела людей, влияют на события. Причем выглядит это вовсе не как шахматная партия, а как стрельба по тарелочкам. Характеры богов прописаны грубыми мазками, обычно упоминается какая-то одна черта, от которой и строится все поведение персонажа-бога. Но это понятно, ведь Илиада - не о богах, а о людях и народах.
События в мире людей описаны очень красочно, иногда даже чересчур. Создается впечатление, что для описания сражений были привлечены специалисты-анатомы, настолько подробно описан путь копья внутри человеческого тела, а также различные спецэффекты, которыми все сопровождается - хруст кости, изливающийся на землю костный мозг и тому подобное.
Характеры героев обозначены более полно. Их мотивы в большинстве случаев понятны, их слабости переплетаются с сильными сторонами, и у разных героев берет верх то одно, то другое. Даже божественный Гектор, и тот испытывает страх перед лицом смерти. Прекрасно описан царь Агамемнон, брат его Менелай, старец Приам, Нестор-летописец, Парис-Александр и другие, менее заметные персонажи.
Отдельно хочу выделить Ахиллеса. В этом герое меня поразила его непримиримость, бескомпромиссность, безжалостность. На протяжении всего повествования Ахиллес не проявляет ни капли жалости к своим врагам и демонстрирует верность принятым решениям несмотря ни на что. Только повеление самого Зевса, переданное Ахиллесу его матерью, заставляет отдать тело Гектора Приаму. К сожалению, "Илиада" заканчивается на похоронах Гектора, и в ней не описана смерть Ахиллеса от стрел Париса. Вероятно, это описано в других древнегреческих произведениях.
В целом "Илиада" производит величественное впечатление. Она погружает читателя в мир древних войн и древних героев. Читая и слушая Илиаду понимаешь, что в те времена люди во многом полагались на "волю богов", приписывая этой воле события различной значимости, и в том числе свои судьбы.
Ахиллес ни в чем не виноват! Герой к успеху шел, не получилось, не фортануло... В героическом эпосе законы жанра лютые, волчьи. Только высунешься наружу, из палатки там, или из города, как придется убивать направо и налево. Здесь еще есть такая особенность, что щадить никого нельзя, только валить на месте, да желательно не зевать и побыстрее, иначе боги могут соперника прямо из-под носа увести. Были, были уже случаи, у товарища Гомера в Илиаде неоднократно описаны. А то сначала поклянутся на чем свет стоит, мол, поединок один-на-один, пусть оружие решит спор, да будет так, а потом вдруг раз - и устроят тотальный кидняк. Вон, как у Менелая с Парисом нехорошо вышло. Парис у него мало того, что жену увел, так еще и в публичном поединке один-на-один когда проиграл, то скрылся с поля боя под покровом Афродиты. Ага, знаем мы таких Афродит... Прибегает, негодник такой, к жене, даже кровищу с себя не смыл, и заявляет - мол, дорогая Елена, хочу тебя как никогда, а война эта дурацкая подождет. И ведь не только говорит, но и делает, шалунишка! Гектор на это дело смотрит, возмущается, а тот ему как ни в чем не бывало: "Гектор, да ладно, да ты обиделся, что ли?" А как же ему не обижаться, когда у него у самого жена и ребенок, а его теперь Ахилл в чистом поле убьет за все эти парисовы шашни, да и вообще весь город будет разрушен. Ну а Ахилл-то мало того, что убьет, так еще и над телом надругается, хотя это и неугодно богам. Впрочем, кто их разберет, этих богов, чем им там угодить. Арес - быдло, Афина - стерва, Аполлон - самовлюбленный кретин, Посейдон - нахал, Зевс - вспыльчивая размазня, Гера - сучка крашеная, а уж про всяких там Афродит, Артемид и Гефестов даже и говорить неловко. Нет, никто в троянской войне с хорошей стороны себя не проявил, никто. Но уж так устроен героический эпос. А Ахиллес не виноват, он просто к успеху шел.
Ого, как красиво читает! С таким чтением чудной слог произведения звучит приятно и доступно. Спасибо
Из серии «восполняем пробелы в образовании» ))
Откровенно говоря, я совершенно неожиданно получила изрядное удовольствие. Действительно неожиданно, потому что я пробовала читать Гомера в далекой юности и помнила, что мне было нечеловечески сложно. А сейчас — нет, ничего подобного. Перевод Гнедича красивым и музыкальным никак не назовешь, но читать его довольно легко и естественно.
Хуже того, в большинстве мест было откровенно забавна. Я вообще имею плохую склонность смеяться над всякими устаревшими и пафосными формами, а тут одного слова «дрот» достаточно, чтобы заставить меня хихикать на весь вагон метро. Но это еще что, вот в тексте довольно часто встречается выражение «пышнопоножных данаев», и я ни разу, НИ РАЗУ за все время не прочитала его сходу правильно)) Но по большому счету — все совершенно понятно, и язык, конечно, пафосный и метафоричный, но не особо устаревший. Единственное слово, за которым я полезла в яндекс, было «лилейнораменная». И нашла там прекрасное: «Лилейнораменная Гера меня радует — хоть и белоплеча она, всё ж вызывает мысль о велосипеде»)) хорошо что хоть не у меня одной такие ассоциации ))
В целом — не могу сказать про перевод ничего плохого, и про сам текст тоже. Разве что описания бесконечных битв несколько утомляют. Горе мне, я прочитала «Войну мышей и лягушек» значительно раньше первоисточника. Поэтому читаю про битву благородных мужей, а в уме тут же всплывает: «Этому вслед Норолаз поражает копьем Грязевого // Прямо в могучую грудь. Отлетела от мертвого тела // Живо душа». Но это уже мой перегиб, понимаю)
Если серьезно, что меня и удивило, и восхитило больше всего — это очень явственно видное отношение древних греков к войне. Совсем не такое, как у нас. Скорее, для них война — это не битва на выживание, не экстремальная ситуация, а нормальная часть жизни, как и игра. Не помню, писал об этом Хейзинга или нет, но мне кажется, вполне мог бы. Тезисно:
1) Ходят не столько за победой в глобальном плане, сколько за победой в плане личном. То есть стратегическая роль завоевания Трои мало кого заботит, даже Агамемнон, похоже, воюет для наживы и чтобы защитить честь брата. Все остальные — тем более, норовят добыть себе воинской славы и конкретных материальных богатств, намарадерствованных с поверженных трупов. В силу этого война из дела всеобщего, народного, становится совокупностью единичных стычек. Такое впечатление складывается и в целом из текста, и из очень подробных описаний битв. Иногда кажется, что воины с обеих сторон специально приплачивали поэту, чтобы он упомянул их поименно, желательно еще с изложением истории их семейства.
2) Личное во всех случаях перевешивает общественное. Даже, казалось бы, небедный Гектор, сын властителя города, убив очередного соперника, должен думать о том, что на него смотрит все троянское войско, и вести их вперед. А не стаскивать с него доспехи, как последний мародер. Но нет, так поступают все. Более того, воля одного человека во всех случаях превосходит всеобщую волю. Ахиллес поссорился с Агамемноном — и вот результат. Ахиллес пообещал Приаму лично, не советуясь с остальными вождями, дать ему время похоронить сына как подобает — и вот войско простаивает под городом лишних 12 дней. Складывается впечатления, что никакого общественного еще и нету. Никакого понятия «войска», «народа» в общепринятом современном понимании. Есть войско как совокупность конкретных людей с конкретной историей.
3) Греки как дети. Злые и добрые, очень переменчивые. Злые как Ахиллес, который, мучаясь бессонницей, вставал среди ночи, чтобы потаскать тело Гектора за колесницей. Добрые, как Ахиллес, так усердно оплакивающий друга. Очень смешные во всем, что касается соревнований, наград и вообще выставления себя напоказ и прославления. Это видно и по описаниям битв — как они пытаются перещеголять друг друга в подвигах и собранных «корыстях». Но особенно явно — в описаниях игр, проводимых Ахиллесом. Суть игр очень проста: есть, разумеется, победители и проигравшие, но награду получают все. Чтобы никому не было обидно)) Очень знаковый момент, мне кажется. В отношении к войне это тоже видно — нет презрения к противнику, скорее есть уважение — потому что важность твоей победы измеряется в том числе в силе противника. Поэтому издевательство над телом Гектора настолько *бого*противно — оно противно самому общему представлению тех времен о том, как должно относиться к другим воинам.
В итоге получаем картину очень юного народа, удивительно неискушенного и неиспорченного — от этого и волшебная мифология, и бесконечные кровавые войны. Мифологическая картина мира — все равно что детская, во всяком случае, применительно к древним грекам по Гомеру.
Аякс Теламонид с веслом наперевес, прыгающий с одного корабля на другой и крушащий врагов — вот первый образ, который всплывает у меня в памяти, когда я думаю об «Илиаде». Уже потом проявляется лучезарно-прекрасная Елена, от красоты которой ахают даже троянские старейшины, капризный и взбалмошный Парис, коему богами уготовано сразить величайшего из греков — Ахилла, суровый воин Гектор, ставший в Средние века образцом для подражания рыцарей, надменный Агамемнон, лукавый Одиссей... Все они возникают позже, но сначала в мою память врывается вихрь сражения, неудержимый саламинский царь и это огромное весло, которым за отсутствием копья Аякс поражает илионцев.
Честно говоря, был безмерно удивлён сюжетом поэмы: да, она полна битв, но здесь мы не найдём ни одного из расхожих сюжетов, порождённых Троянской войной: тут нет ни пресловутого коня, ни Лаокоона со своим крылатым «Бойтесь данайцев, дары приносящих», ни стрелы Париса и Ахиллесовой пяты. Поразительно, что все троянские «мемы» взяты совсем из других источников, а не из основополагающей поэмы. Другое открытие: «боги из машины». Лишь после «Илиады» я начал понимать механизм этого приёма древнегреческих драматургов, который ранее представлялся мне признаком их бессилия. На самом же деле вмешательство богов — это показатель уровня сознания, свидетельство архаичности эпохи. Для древних греков боги были такими же действующими лицами, как и люди, всё происходило по их воле, так почему же не ввести их в поэму?
Возвращаясь к сюжету: очень чётко прослеживается линия воинского благородства, уважения к противнику (чего напрочь лишена «Одиссея»). Наиболее положительный персонаж — вовсе не Ахилл или кто-либо из греков (за исключением, пожалуй, всё того же Аякса), а Гектор, защита и опора Трои. Не случайно поэма заканчивается его похоронами. Сюжетообразующая личность исчезла, произведение подошло к концу. Поразительно встретить такое художественное чутьё у людей, живших 2800 лет назад.
Прочитал в молодости, но только сейчас понял, что все исходы человеческих метаний от подлости до высоконравственных и жертвенных поступков в той или иной ситуации описаны задолго до Вильяма нашего Шекспира. Совершив поступок, знай, что либо в "Иллиаде", либо в "Одиссее" найдётся ответ на изменения в судьбе сообразно с ним. Причём в гораздо прозрачной, чем у Дедьфийского оракула, форме. Не надо психологов - это американская блажь, прочтите Гомера и действуйте сообразно.
ЕСЛИ ВАМ ПОНРАВИЛАСЬ ЭТА КНИГА, НЕ ПРОПУСТИТЕ: