Накануне очередной экранизации Бориса Акунина я взялся за первоисточник. «Шпионский роман», как известно, входит в проект писателя «Жанры». Кроме этой книжки в проекте присутствуют «Фантастический роман» и «Детский роман».
В двух словах, сюжет «Шпионского романа» строится на противоборстве советской и германской разведок в последние дни перед началом Великой Отечественной войны. В Москве орудует агент Вассер, которого предстоит изловить опытному разведчику Октябрьскому и его молодому напарнику Дорину. Параллели, пусть и неявные, с Фандориным присутствуют и звучат тонким намёком на то, что «Шпионский роман» — отголосок, побочная ветвь, «фандоринского» цикла.
Но если в романах о Фандорине чувствуется стиль, изысканность, очарование эпохой, то «Шпионский роман» предстаёт книжкой не самой лучшей, и даже — небрежной. Конечно, здесь есть и захватывающий сюжет (ввязавшись в книгу, раньше последней страницы вы из неё не выберетесь), и обескураживающая развязка (Акунин высказывает свою версию того, почему Сталин до последней минуты отказывался верить в готовящееся нападение Германии), и женщина непростой судьбы (а куда без роковых порочных страстей?). А приключения героев вписаны в — традиционно — скрупулёзно прописанный фон предвоенной Москвы с интересными деталями. Упоминается даже двухэтажный троллейбус (он назывался ЯТБ-3), который действительно ходил по Москве в предвоенные годы, правда, совсем недолго. И этот яркий выпуклый фон подчас заслоняет героев. Персонажи здесь достаточно схематичны, если не сказать — условны. И уже начали сравнивать эту пару — Дорин и Октябрьский — с Жегловым и Шараповым, но это всё равно, что сравнивать мультипликационный образ с живым человеком.
Впрочем, выбор кинематографистов понятен: действия в книге с избытком. Два беспроигрышных персонажа, лирическая линия — имеется, мир на грани катастрофы, один из самых сложных периодов в истории страны. Есть где развернуться со спецэффектами, предоставляется возможность поиграть с мифами, есть хороший повод воссоздать историческую реальность (а точнее — представление о ней), и много ещё чего, что способно сделать хорошую кассу.
Всё встаёт на свои места, когда понимаешь, что эта книжка — не шпионский роман в традиционном понимании (здесь уместно для примера вспомнить Джона ле Карре с его классическими романами). Это — игра в жанр, игра в роман, впору даже говорить о некоторой лубочности. В том представлении, в котором снимают «там» кино о советском прошлом «здесь».
Мастерство Акунина в «Шпионском романе» никуда не пропало, оно работает в полный рост, только общее впечатление от этой работы — странные. С одной стороны эта книжка — ещё одно в меру художественное подтверждение мнения о том, что Советский Союз был совершенно не готов к войне (впрочем, писатель волен рассказывать свою историю так, как ему хочется). С другой стороны — Акунин блистательным Фандориным сам себе задал достаточно высокую планку, рядом с которым «Шпионский роман» выглядит ремесленной работой.
