Одна из немногих книг, название которой стало именем нарицательным, то есть, если, допустим, моя Женя, жена вот уже скоро тридцать два года, хочет сказать о чем-то головоломном и при том, бывает и так, в воспитании детей, она так и говорит — Азазель, это у нее — некий самый страшный, хуже которого не бывает, заговор, в смысле интриги, конспирологии или конспирологической теории (хотя что это за теория — убей, не понимаю, но так все говорят — конспирологическая теория...), некий принцип бесстыдного манипулирования людьми заведомо более слабыми и малоумными, или подразумевающимися таковыми, хотя, скорее, просто неинформированными... Она еще при этом подразумевает принцип, что должен быть некто, пусть не явный герой, размахивающий мечом или хотя бы правильно использующий свой рассудок и здравый смысл, который от этого должен избавить этих вот самых, в принципе малоинформированных людей, от агрессии, при которой ими манипулируют. Азазель... А ведь и вправду — имя нарицательное.
Здесь Акунину удалось создать некое впечатление, вернее, гамму впечатлений, что выдает в нем «правильного» редактора, который всегда хочет написать те книги, которые он не может прочесть у других авторов, сюжетного развертывания фабулы, которое взывает к самым простым, здоровым нашим впечатлениям — защитить слабых, вытащить на всеобщий свет постыдную тайну злодеев, решить проблему таким образом, чтобы и другим злодеям этого делать не захотелось, — которые к тому же подкрепляются лишь слегка «деланными» стилизациями «под» конец XIX века, когда жизнь кажется нам проще и естественнее. К тому же, поэтичность правдивого и живого участия в легком ретро, а еще и очень точный, образный язык... В целом — это хорошо сделано. И лишь немногие, наверное, догадываются, что это — не вполне гармония жизненного переживания автора, что это — слегка «сделано», а может, и не слегка, может, месьма умело «сыграно», что бывает не хуже шедевра лишь внешне, но так же похоже на настояющую жизнь, как копия похожа на картину Рембранта, либо Вермеера... Хотя, копиистом Акунин, кажется, быть согласен, и в этом — тоже плюс его мастерству. Для этого ведь тоже нужна немалая толики смелости.
А вообще, закругляюсь, перевез я Акунинские инициальные книжки на дачу, думал, это — справедливо. Но вот какая штука, все соседи растащили их чуть не в первую же неделю. Значит, моя версия о нем может быть и несправедливой, даже завистливо-авторской (мол, сам так же сыграть не сумел, вот и выискивает парень блох...) Но я-то не завидую, просто признаю — да, хорошо, мастерски местами, а все же, это до настоящего завершения всех предложенных правил игры не докатило... Вот путанно получилось, а тем временем на даче Акунинских книг уже не осталось, не только растащили, но и не возвращают. Значит, прочитать, хотя бы раз, следует обязательно. Потому что кто-то собирается их даже перечитывать.
