Тень

Однажды в одну сказочную страну пришел ученый Христиан-Теодор, чтобы изучать, работать, и найти общий для всех людей рецепт счастья. Но, зашел он не туда: страна оказалась не доброй, и счастья здесь не было, по крайней мере, как его понимают обычные добрые люди. В этой стране то и дело прекрасные девушки превращаются в отвратительных жаб от поцелуев негодяев, половина города — людоеды, а другая половина страдает «злокачественным малокровием, обычным у изнеженных людей, выросших в тепличном воздухе!» В общем-то, страна обычная: «богатство и бедность, знатность и рабство, смерть и несчастье, разум и глупость, святость, преступление, совесть, бесстыдство — все это перемешано так тесно, что просто ужасаешься»/только любви не нашлось места/.
Но ученый верил в добро и в людей, был влюблен, доверчив, не замечал окружающих и не слушал хороших советов, и все стремился поговорить откровенно с незнакомцами, которых слишком мало знал. Он не умел смотреть на мир сквозь пальцы и равнодушно пожимать плечами. Чего же тут удивляться, если самым большим «незнакомцем» оказалась его собственная половинка -тень, и сказка будет с печальным концом?
Все гениальное — просто. «Тень» именно такая: самыми простыми приемами и словами — о самом сложном. Почти каждая фраза — афоризм. Ну, например, о шоу-бизнесе: «с тех пор она наступает и наступает на хороших людей, на лучших подруг, даже на самое себя — и все это для того, чтобы сохранить свои новые башмачки» или мое любимое — о журналистах: «он стал чрезвычайно бесстыден, и пощечину он теперь называет просто — шлепок».
Сказка еще более печальная, чем у Андерсена: еще бы — на дворе более жесткий век и на сантименты нет времени. Сказка о предательстве и малодушии. Стоит только один единственный раз поступить не по совести, поддаться соблазну легкого пути или быстрого достижения цели/ к примеру, поставить подпись не на ту бумагу или отвернуться от любимого человека/, и твоя темная сторона — Тень — обретет невиданную власть над тобой.
И не будет в этой истории счастливого конца. Ученый побеждает — ведь это все-таки сказка — но платит за это слишком большую цену: теряет всю свою веселость, наивность, веру в людей и любовь. Теперь это жесткий борец, настроенный на вечный бой. «Он скрылся, чтобы еще раз и еще раз стать у меня на дороге. Но я узнаю его, я всюду узнаю его». А ведь надо было всего лишь сразу сказать: «Тень, знай свое место!».

Более современный взгляд, чем у Андерсена. Тот написал довольно простую историю — про то, как бесхребетные приспособленцы всегда побеждают, а умные люди в грязи. А Шварц смотрит с т.зр. ХХ века: ну и что, что в грязи? Даже в грязи (а даже и вовсе погибнув!), всё равно победить можно. Это не всегда получается, да — но шанс есть (Свифт в пьесе Горина тоже, толком мало чего добившись, умер. Остановило это доктора Симпсона?.. Ну, вы помните).
Принцесса у Андерсена, в общем-то, жертва обмана. Не запудри ей голову Тень — может, она бы и разобралась, кто из них кто... У Шварца — это просто ограниченный (и в душе — довольно подлый) человек, который при первом знакомстве может сойти за хорошего. Тоже современный взгляд: есть, есть, ох как есть такие люди... А Доктор и Юлия — они какие, плохие или нет? (И если да — то кто в этом виноват? Вроде как бы и не они сами... а с другой стороны, кто же?)
Но — будем объективны — на свете не только уроды есть. Хоть один верный друг (Аннунциата) да найдется... Это тоже, кстати, реалистичное наблюдение — ибо реализм и пессимизм не синонимы.
Ну, и... сейчас крамолу скажу: фильм Швейцера (с Олегом Далем) мне нравится меньше, чем то, что уже в 90-х снял Козаков. Потому что, когда Ученый-Даль произносит «Я не боюсь его. Он ничто. Он тень» — НЕ БЫЛО в пьесе таких слов! Там он просто произносит: «Я узнаю его, я везде его узнаю». В этой версии Ученый слишком безжалостен к своему врагу. Сам ведет себя так же, как он (да, Тень ничего другого не заслуживает — но ведь Ученый-то, в отличие от него, живой человек! Мог бы быть добрее...)
А в фильме Козакова нет этого нюанса. Ученый там, в общем-то, и не чувствует себя победителем: это лишь первая битва выиграна, а не война.
Ну, и, конечно, песни (имхо, гениальные):
«Ангельским ли голосом, гневно иль хрипя -
Люди главным образом слушают СЕБЯ!
Откликайся эхом на любую блажь -
Станешь человеком, сразу будешь наш!»
Никто так не передал житейское кредо шварцевского подлеца, как прекрасный поэт Юлий Ким.
Неелова хороша в обоих фильмах — Юлия из нее вышла не менее замечательная, чем когда-то Аннунциата.
Ну, и т.д. Оба фильма, конечно, must-see; Тень — Даль, наверное, все-таки впечатляет больше, чем Тень — Райкин; но вот полюбился мне чем-то именно фильм Козакова... Жаль, его редко показывают.
А еще... у меня когда-то, под влиянием, возникла такая мысль: «Человек без тени — это нелепо. Странно. Смешно. Но тень без человека — это еще нелепее!» Если бы все Теодоры-Христианы это понимали... глядишь, и зла в жизни было бы куда меньше.